Doing the right thing

Заняв­шись швед­ской фра­зео­ло­ги­ей (см. здесь), мне попа­лась на гла­за фра­за – в кото­рый раз уже, долж­но быть, в тысяч­ный раз – rätt ska vara rätt. Oops! Знаю, знаю, что напи­сал что-то вро­де “Подъ­ез­жая под Ижо­ры, меня про­мо­чил дождь” – с недо­пу­сти­мым по-рус­ски несо­гла­со­ва­ни­ем меж­ду субъ­ек­та­ми глав­но­го пред­ло­же­ния и дее­при­част­но­го обо­ро­та. Но это пото­му, что при­шел в заме­ша­тель­ство, воз­му­тясь мыс­лию о том, что вот, такое рас­хо­жее выра­же­ние, а поди ты, пере­ве­ди!

[Впро­чем, по-швед­ски кон­струк­ции типа “Подъ­ез­жая к стан­ции и гля­дя на при­ро­ду в окно, у меня сле­те­ла шля­па” – вещь абсо­лют­но зауряд­ная. Вот, напри­мер, цита­та из моих заме­ча­ний на диплом­ную рабо­ту одно­го сту­ден­та: “Efter att ha granskat ett par sidor av din översättning närmare har mitt preliminära intryck dämpats något. – Тща­тель­но про­ве­рив пару стра­ниц тво­е­го пере­во­да, мое пер­во­на­чаль­ное впе­чат­ле­ние несколь­ко ослаб­ло.” Я объ­яс­няю это мето­ни­ми­че­ским или, если угод­но, эллип­ти­че­ским, харак­те­ром язы­ко­во­го мыш­ле­ния шве­да, но это дру­гая тема.]

Итак, rätt ska vara rätt – как пере­ве­сти? Разу­ме­ет­ся, надо спер­ва добрать­ся до смыс­ла это­го выра­же­ния. По извест­ным мне ситу­а­ци­ям упо­треб­ле­ния заклю­чаю, пока еще нику­да не загля­ды­вая: ‘не будем отсту­пать от пра­вил; раз уж так поло­же­но, то пусть так и будет’ и т.п. Про­ве­ряю, открыв Norstedts. Хм..м.. Нету. По неко­то­рым суще­ству­ю­щим спис­кам швед­ских иди­ом. Тоже нет. Откры­ваю тол­стен­ный том Svenskt språkbruk. Ура! При­во­жу пол­но­стью:

rätt ska vara rätt el. om rätt ska vara rätt sägs när det som är rätt ska gälla utan inskränkning visserligen hade kvinnan just laddat första tvättmaskinen och skulle inte behöva torkskåpet på minst trekvart, men rätt ska vara rätt; oriental kallas den här rasen i allmänhet, men om rätt ska vara rätt heter rasen orientalisk korthårskatt

И для кого толь­ко пишут эти книж­ки?! Швед­ский поль­зо­ва­тель, в доме кото­ро­го есть своя пра­чеч­ная, дога­да­ет­ся: не при­ня­то пре­тен­до­вать на поль­зо­ва­ние какой-либо маши­ной, даже если она не заня­та, если вре­мя в пра­чеч­ной уже заре­зер­ви­ро­ва­но за дру­гим жиль­цом. Одна­ко не вся­кий поль­зо­ва­тель это­го сло­ва­ря обла­да­ет над­ле­жа­щи­ми фоно­вы­ми зна­ни­я­ми. Тол­ко­ва­ние, пред­ло­жен­ное в сло­ва­ре, тоже подо­зри­тель­но неточ­но. К тому же, оно никак не вяжет­ся со вто­рым при­ме­ром. В целом, одна­ко, обра­ще­ние к это­му сло­ва­рю не напрас­но: нетруд­но уви­деть, что дело не в том, что нор­мы, пра­ви­ла долж­ны соблю­дать­ся “без огра­ни­че­ний”, а в некой педан­ти­че­ской точ­но­сти сле­до­ва­ния пра­ви­лам, даже если они кажут­ся нере­ле­вант­ны­ми в дан­ной ситу­а­ции.

Един­ствен­ное иди­о­ма­ти­че­ское выра­же­ние, кото­рое при­хо­дит в голо­ву, это “закон есть закон”. Но оно меня не удо­вле­тво­ря­ет. С одной сто­ро­ны, да, в нем сохра­ня­ет­ся тав­то­ло­ги­че­ская кон­струк­ция ори­ги­на­ла, и это хоро­шо. Эко­но­ми­ка долж­на быть эко­ном­ной. То, что пра­виль­но, долж­но соот­вет­ство­вать пра­ви­лам. В про­тив­ном слу­чае рас­ша­ты­ва­ет­ся сама идея нор­мы. Так что Лео­нид Ильич был не так уж неправ. Про­бле­ма, одна­ко, в том, что речь не о законе, а имен­но “о том, что пра­виль­но”, как это застен­чи­во фор­му­ли­ру­ет сло­варь, не имея ниче­го луч­ше­го для этих “rätt”. “Пра­ви­ла есть пра­ви­ла” ска­зать, конеч­но, мож­но: раз они при­ня­ты, это уже дого­вор, и его нуж­но соблю­дать, no matter what. Pacta sunt servanda. Но этот вари­ант скуч­но­ват, в нем нет иди­о­ма­ти­че­ской выра­зи­тель­но­сти. Как и в мыс­ли­мых опи­са­тель­ных вари­ан­тах, типа будем посту­пать по пра­ви­лам / играть по пра­ви­лам, не сто­ит отсту­пать от пра­вил и т.п. Таким обра­зом, пра­ви­ла есть пра­ви­ла выгля­дит наи­луч­шим при­бли­же­ни­ем. Буду при­зна­те­лен, если вы, посе­ти­тель мое­го сай­та, пред­ло­жи­те луч­ший вари­ант.

Но это еще не все. Для пере­во­да вто­ро­го при­ме­ра он не годит­ся. Здесь как раз мож­но пред­ло­жить обо­рот, более или менее соот­вет­ству­ю­щий идее швед­ско­го фра­зео­ло­гиз­ма, как я попы­тал­ся сфор­му­ли­ро­вать ее выше: если уж быть (вполне) точ­ным (то эта поро­да назы­ва­ет­ся “восточ­ный жест­ко­шерст­ный кот”).

Ну, а мораль? Она в том, что идея лек­си­че­ской еди­ни­цы, будь то сло­во или фра­зео­ло­гизм, не сво­дит­ся ни к одно­му из ее зна­че­ний, воз­ни­ка­ю­щих в кон­крет­ных выска­зы­ва­ни­ях. Имен­но она долж­на быть “про­ин­ту­и­ро­ва­на” пере­вод­чи­ком, если он стре­мит­ся к пол­но­те и точ­но­сти пере­да­чи смыс­ла ори­ги­на­ла. Без жест­кой при­вяз­ки к его лек­си­че­ско­му соста­ву и син­так­си­су.

2 thoughts on “Doing the right thing

  1. К вопро­су о тво­ей пер­вой фра­зе. Она не так уж недо­пу­сти­ма, если при­нять во вни­ма­ние tempus och aspekt.  В насто­я­щем вре­ме­ни было бы хуже. “Зани­ма­ясь… мне попа­лась..”

    Воз­мож­но пото­му, что дее­при­част­ный обо­рот  от гла­го­ла сов. вида в про­шед­шем вре­ме­ни вос­при­ни­ма­ет­ся ско­рее как при­да­точ­ное пред­ло­же­ние времени.“Когда я начал зани­мать­ся швед­ской фра­зео­ло­ги­ей, мне попалась…фраза…”. К тому же  обо­рот с датель­ным паде­жом пред­по­ла­га­ет, что “логи­че­ский субъ­ект” сто­ит в датель­ном паде­же, но рав­но­си­лен обыч­но­му субъ­ек­ту в име­ни­тель­ном.

    А что ты дума­ешь?

     

    1. Уфф, сколь­ко все­го сра­зу!
      Нач­нем с котов. Тут ты точ­но пра­ва. У меня же была так­са, жест­ко­шерст­ная: strävhårig tax. Вот я и напи­сал по ана­ло­гии. Но с кота­ми все и впрямь ина­че. Они, долж­но быть, мяг­кие.
      Теперь про rätt ska vara rätt. Конеч­но, жить по зако­ну (ну, по пра­ви­лам), а не по поня­ти­ям – это не в нату­ре рус­ско­го чело­ве­ка. Хотя есть надеж­да, что это посте­пен­но меня­ет­ся. Или, как гово­рил граф Нулин, дай бог, чтоб про­све­ти­лись мы. Беда в дру­гом. Боюсь, что я не прав и в этом. И вот поче­му. Сего­дня я обсуж­дал про­ект дого­во­ра на мою недав­но закон­чен­ную кни­гу по пере­во­ду, пред­ло­жен­ный мне одним изда­тель­ством. И был вынуж­ден вне­сти несколь­ко доволь­но жест­ко­шерст­ных попра­вок, завер­шив сло­ва­ми “Rätt ska vara rätt, как гово­рят шве­ды”. Имея в виду, что эти поправ­ки спра­вед­ли­вы и пра­виль­ны, и пото­му давай­те сызна­ча­ла рас­ста­вим точ­ки над “i”. Если это мое упо­треб­ле­ние не совсем неумест­но (т.е. если я, фра­зео­ло­ги­че­ски выра­жа­ясь, не совсем ute och cyklar), то зна­чит, что у иди­о­мы Rätt ska vara rätt есть по край­ней мере еще одна смыс­ло­вая реа­ли­за­ция, при­чем такая, кото­рую мой вари­ант “Пра­ви­ла есть пра­ви­ла” не покры­ва­ет. Вот и выхо­дит, что у нее, этой иди­о­мы, очень емкая и совсем непро­стая “идея”, кото­рую мне не уда­лось ухва­тить. Я это чув­ство­вал, но, увы, никто мне ниче­го луч­ше­го не пред­ло­жил.
      Ну, и нако­нец, о выгля­ды­ва­ю­щей в окно шля­пе. Я ста­ро­мо­ден, и мне такая кон­струк­ция не менее забав­на, чем когда-то Анто­ну Пав­ло­ви­чу. Но в швед­ском, как я и отме­тил, она абсо­лют­но нор­маль­на. Более того, мне кажет­ся, что эта ста­рая нор­ма в нынеш­нем рус­ском узу­се замет­но рас­ша­ты­ва­ет­ся, а с наро­дом-язы­ко­твор­цем не поспо­ришь. И конеч­но при­ем­ле­мость зави­сит от мно­гих фак­то­ров, в част­но­сти, от грам­ма­ти­че­ско­го кон­тек­ста. Не знаю, зани­мал­ся ли этим кто-нибудь. Мне же инте­ре­сен вопрос, поче­му шве­дам мож­но, а рус­ским пока еще не очень. Твое сооб­ра­же­ние насчет того, что дее­при­част­ный обо­рот при неко­то­рых видо­вре­мен­ных усло­ви­ях вос­при­ни­ма­ет­ся как при­да­точ­ное вре­ме­ни, по сути озна­ча­ет, что тут зарыт эллип­сис. Что весь­ма харак­тер­но для очень мно­гих швед­ских кон­струк­ций.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *