Не дай себя обескуражить! | ч. 2

или  ОТ ЧЕГО ЗАВИСИТ ЗНАЧЕНИЕ

В швед­ско-рус­ском сло­ва­ре выра­же­нию ta spjärn постав­ле­но в соот­вет­ствие одно-един­ствен­ное зна­че­ние: «упи­рать­ся». Меж­ду тем, в этом зна­че­нии, пред­мет­ном, оно упо­треб­ля­ет­ся ред­ко. Зато в пере­во­де оно может потре­бо­вать таких «дале­ко­ва­тых» замен, как собрать­ся с духом, ухва­тить­ся, оттор­гать от себя или брать нача­ло – и мно­гих дру­гих, совсем не похо­жих ни на сло­вар­ный «экви­ва­лент», ни друг на дру­га. Отку­да они берут­ся? Что дела­ет воз­мож­ны­ми такие упо­треб­ле­ния? Гово­рят: «широ­кая семан­ти­ка». Но поче­му тогда сло­варь не пред­ла­га­ет длин­но­го переч­ня зна­че­ний? Гово­рят: «кон­текст». Но раз­ве кон­текст спо­со­бен заста­вить сло­во пере­стать быть самим собой? Гово­рят: «без­эк­ви­ва­лент­ность». Но ведь это не наци­о­наль­но-спе­ци­фи­че­ская реа­лия, не исто­ризм, не автор­ский нео­ло­гизм, а, напро­тив, вполне оби­ход­ное и даже весь­ма частот­ное обще­язы­ко­вое выра­же­ние. Эти вопро­сы вовсе не «упи­ра­ют­ся» в одно лишь это швед­ское выра­же­ние, хотя и «исхо­дят из него» в каче­стве пока­за­тель­но­го при­ме­ра. Они реле­вант­ны по сути для любо­го сло­ва любо­го язы­ка и име­ют прин­ци­пи­аль­ный пере­вод­че­ский интерес.

Один при­мер тако­го упо­треб­ле­ния разо­бран в пер­вой части ста­тьи (см.). Пере­во­дя его в задан­ном ситу­а­тив­ном кон­тек­сте (⇓), мож­но было упо­тре­бить ряд вари­ан­тов, в част­но­сти, собрать­ся с духом, не дать себя обес­ку­ра­жить, най­ти в себе силы, при­уго­то­вить­ся. В конеч­ном сче­те я оста­но­вил­ся на сми­рить­ся. Смею утвер­ждать, что это доволь­но точ­ное соот­вет­ствие и по сво­е­му семан­ти­че­ско­му зна­че­нию (’пере­стать упор­ство­вать’), и по сво­ей праг­ма­ти­ке (’пре­воз­мочь себя’). Но если ta spjärn зна­чит ’упе­реть­ся’, как уве­ря­ет сло­варь, то как оно может ока­зать­ся в род­стве со «сми­ре­ни­ем»? А при повтор­ном упо­треб­ле­нии в той же ста­тье (Jag vill bara försäkra mig om […] att du har tagit spjärn) – с «не дать себя обес­ку­ра­жить» (откры­ти­ем «кон­ку­ри­ру­ю­щих» разум­ных миров) ?

Вот еще при­мер, при пере­во­де кото­ро­го было бы умест­но собрать­ся с духом:

”Det är som att du växt upp med vargar”, kan sambon sucka när vi ätit middag med vänner och då tar jag alltid spjärn där jag står i köket och försöker lösa gåtan om hur vinglasen ska stuvas i diskmaskinen. Jag har ju lärt mig att det där om vargarna ofta bara är en anfang till en större föreläsning om besvikelse. Om hur jag varit oförmögen att notera och fylla på gästernas tomma glas (utan menande sparkar under bordet), om hur jag pratat om mig själv (trots menande sparkar under bordet) och hur jag glömt fråga min vän om det nya jobbet. — «Ты буд­то в лесу вырос», – ска­жет со вздо­хом моя сожи­тель­ни­ца, когда мы про­во­дим обе­дав­ших у нас дру­зей. Тогда, стоя на кухне и пыта­ясь раз­га­дать, как надо рас­ста­вить бока­лы в посу­до­мой­ке, я зара­нее знаю, что нуж­но собрать­ся с духом [ср. англ. brace oneself]: за этой пре­лю­ди­ей после­ду­ет длин­ная нота­ция. О том, как я ее разо­ча­ро­вал, не потру­див­шись (без под­тал­ки­ва­ния под сто­лом) вовре­мя напол­нять бока­лы гостей, как я все вре­мя гово­рил толь­ко о себе (несмот­ря на мно­го­зна­чи­тель­ные под­тал­ки­ва­ния) и даже не поду­мал спро­сить сво­е­го дру­га о его новой работе.

Автор, иро­ни­зи­ру­ю­щий над отсут­стви­ем у себя инте­ре­са к дру­гим людям, после обе­да с дру­зья­ми пред­ви­дит неиз­беж­ный наго­няй от сво­ей сожи­тель­ни­цы за невни­ма­ние к гостям. Гото­вясь выдер­жать ата­ку, он tar spjärn (зани­ма­ясь в это вре­мя убор­кой посу­ды в кухне, чего он тоже тол­ком делать не уме­ет). Как и в при­ме­ре, разо­бран­ном в пер­вой ста­тье, выра­же­ние ta spjärn упо­треб­ле­но здесь абсо­лю­тив­но, то есть без обыч­но­го допол­не­ния с пред­ло­гом mot, кото­рое бы ука­зы­ва­ло, в чем нахо­дит опо­ру субъ­ект или про­тив чего он моби­ли­зу­ет­ся. Это весь­ма обыч­ный тип упо­треб­ле­ний, в кото­ром суще­ство кон­цеп­та TA SPJÄRN, идея «изго­тов­ки» или заня­тия субъ­ек­том «опор­но­го поло­же­ния», про­яв­ля­ет­ся осо­бен­но нагляд­но. Субъ­ект нахо­дит опо­ру в себе, при­во­дит себя в состо­я­ние пси­хо­ло­ги­че­ской готов­но­сти: в этом при­ме­ре – соби­ра­ет­ся с духом, моби­ли­зу­ет свои внут­рен­ние ресур­сы, что­бы выдер­жать инвективу.

При­ве­ду еще при­ме­ры «дале­ко­ва­тых» соот­вет­ствий, тех, что упо­мя­ну­ты в пре­ам­бу­ле. Она пред­ва­ря­ла изве­ще­ние о пуб­ли­ка­ции ста­тьи на фейс­бу­ке, и эти соот­вет­ствия вызва­ли неко­то­рое недо­уме­ние в ком­мен­та­ри­ях: «как такое возможно?»

Jag får ta spjärn med högerhanden i ratten för att orka stänga den 150 kg tunga dörren som går igen med ett tjoff och det blir knäpptyst i kupén. – Мне при­хо­дит­ся ухва­тить­ся пра­вой рукой за руль, что­бы хва­ти­ло сил закрыть веся­щую 150 кг дверь. Она глу­хо захло­пы­ва­ет­ся, и в салоне воца­ря­ет­ся мерт­вая тишина.

Авто­жур­на­лист тести­ру­ет новую модель бро­ни­ро­ван­но­го авто­мо­би­ля. Речь идет о при­да­нии им себе твер­до­го поло­же­ния, что­бы не быть само­му при­тя­ну­тым к две­ри, кото­рую он пыта­ет­ся закрыть левой рукой с крес­ла води­те­ля. Пред­лог i исклю­ча­ет пред­став­ле­ние ситу­а­ции как «упе­реть­ся», но ta spjärn, как видим, нисколь­ко не про­ти­во­ре­чит про­чте­нию в смыс­ле ’ухва­тить­ся’. Ина­че гово­ря, в кон­цеп­те TA SPJÄRN спо­соб, каким субъ­ект «укреп­ля­ет­ся», при­да­ет себе устой­чи­вое поло­же­ние, зани­ма­ет твер­дую пози­цию и т.п., не мар­ки­ро­ван. Этот пара­метр кон­цеп­та варьируем.

Hennes [sångerskans] insats kröns i den avslutande ”Urljus”. En sång som tar spjärn mot all form av förmörkelse och som, trots sitt ringa format, är som en symfoni i sig. – Ее испол­не­ние [вокаль­но-сим­фо­ни­че­ско­го цик­ла Мале­ра] вен­ча­ет «Изна­чаль­ный свет» – песнь, кото­рая оттор­га­ет тьму в любых ее про­яв­ле­ни­ях и в себе самой заклю­ча­ет сим­фо­ни­че­ское нача­ло, несмот­ря на малую форму.

Имен­но оттор­гать от себя пред­став­ля­ет­ся здесь куда более умест­ным соот­вет­стви­ем, чем, ска­жем, пре­одо­ле­вать, про­ти­во­сто­ять или ока­зы­вать сопро­тив­ле­ние. Разу­ме­ет­ся, кон­цепт TA SPJÄRN пред­по­ла­га­ет «моби­ли­зо­ван­ность» субъ­ек­та и, тем самым, спо­соб­ность к про­ти­во­сто­я­нию чему-либо. Но в чем кон­крет­но он нахо­дит опо­ру, како­ва при­ро­да «анта­го­ни­ста» и какие фор­мы при­ни­ма­ет сило­вое вза­и­мо­дей­ствие, в кон­цеп­те не «запро­грам­ми­ро­ва­но» – это опре­де­ля­ет­ся праг­ма­ти­кой ситу­а­ции, рекон­стру­и­ру­е­мой по кон­тек­сту. Опять-таки, мы име­ем дело с варьи­ру­е­мы­ми пара­мет­ра­ми. В дан­ном кон­тек­сте выра­же­ние ta spjärn умест­но, посколь­ку его «идея» вполне согла­су­ет­ся с харак­те­ром ситу­а­ции. То же, в каком смыс­ле оно упо­треб­ле­но, а зна­чит и спо­соб пере­во­да, обу­слов­ле­ны ее праг­ма­ти­кой и автор­ским замыс­лом. Речь идет не о «борь­бе» све­та с тьмой и не о пре­одо­ле­нии «тем­ных сил», а ско­рее о заклю­чен­ной в нем самом, в силу его  пер­во­здан­но­сти, без­услов­ной аль­тер­на­ти­ве тьме. Гла­гол оттор­гать выбран еще и с уче­том его «дву­на­прав­лен­но­сти»: свет не толь­ко про­го­ня­ет тьму, но и, в том мета­фи­зи­че­ском кон­тек­сте, с каким име­ет дело эта песнь Мале­ра, рож­да­ет­ся из тьмы, как бы оттал­ки­ва­ясь или выры­ва­ясь из нее (ср. со след. при­ме­ром). Опять-таки, мы име­ем дело с пара­мет­ром ситу­а­ции – направ­лен­но­стью уси­лия субъ­ек­та, – кото­рый при­ме­ни­тель­но к кон­цеп­ту TA SPJÄRN зара­нее не фик­си­ро­ван и может при­ни­мать про­ти­во­по­лож­ные зна­че­ния. Нако­нец, в свя­зи с этим при­ме­ром нуж­но отме­тить, что субъ­ек­том ta spjärn обя­за­тель­но явля­ет­ся лицо, но в пере­нос­ных упо­треб­ле­ни­ях, подоб­ных это­му, им может быть оли­це­тво­ря­е­мая сущ­ность, кото­рой при­пи­сы­ва­ет­ся интен­ция. Впро­чем, в этом кон­тек­сте сло­во sång может про­чи­ты­вать­ся и как «песнь», и как «пение», и тогда оно мето­ни­ми­че­ски обо­зна­ча­ет лицо – певицу.

En soluppgång i musik blir gärna stigande vad gäller melodiken, har ljusa klanger, en stark treklangskänsla i harmoniken och är försett med ett rejält crescendo. Men den behöver också ta spjärn mot den natt som den kommer ur och kan därför ha både tyngd och mörker och skärande dissonanser i sig. – Вос­ход солн­ца в музы­ке обыч­но харак­те­ри­зу­ет­ся мело­ди­че­ским подъ­емом, свет­лой тональ­но­стью, выра­жен­ной тре­звуч­ной гар­мо­ни­ей и непре­мен­ным мощ­ным кре­щен­до. Но он рож­да­ет­ся из ночи и, беря в ней нача­ло, может нести в себе отго­лос­ки тьмы и режу­щие диссонансы.

Этот при­мер я при­во­жу в пан­дан к преды­ду­ще­му, но так­же и для иллю­стра­ции отме­чен­но­го зна­че­ния, то есть кон­крет­но­го смыс­ла, в кото­ром здесь реа­ли­зу­ет­ся кон­цепт выра­же­ния ta spjärn. Обра­тим вни­ма­ние, что отно­ше­ние, выра­жа­е­мое фор­мой ’ta spjärn mot X’, реа­ли­зу­ет­ся в этом кон­тек­сте одно­вре­мен­но в двух про­ти­во­по­лож­ных направ­ле­ни­ях: это и ’про­ти­во­дей­ство­вать’ и ’оттал­ки­вать­ся’. И оно ни в коем слу­чае не может быть выра­же­но гла­го­лом упе­реть­ся, на чем наста­и­ва­ют сло­ва­ри, при­во­дя ta spjärn исклю­чи­тель­но в кон­тек­сте допол­не­ния с пред­ло­гом mot в зна­че­нии ’про­тив’. Меж­ду тем, направ­лен­ность уси­лия субъ­ек­та, как уже отме­ча­лось, в самом кон­цеп­те не зада­на, а само это выра­же­ние пре­крас­но соче­та­ет­ся и с пред­лож­ны­ми допол­не­ни­я­ми на för, inför, i и даже mellan, а так­же упо­треб­ля­ет­ся в кон­тек­сте инфи­ни­тив­но­го обо­ро­та со зна­че­ни­ем цели för att и абсо­лю­тив­но, то есть вовсе без допол­не­ния (ср. – Ta spjärn! – Дер­жись!, но, конеч­но, не * Упрись!).

* * *

Все эти при­ме­ры я при­вел и снаб­дил ком­мен­та­ри­я­ми с дво­я­кой целью.

Во-пер­вых, что­бы раз­ве­ять сомне­ния в том, что раз­би­ра­е­мое выра­же­ние – а фак­ти­че­ски, любое сло­во, фра­зео­ло­гизм, кон­струк­ция – может упо­треб­лять­ся в зна­че­ни­ях, настоль­ко дале­ких и от сло­вар­ных, и одно от дру­го­го, что самая их воз­мож­ность пред­став­ля­ет­ся необъ­яс­ни­мой, а пред­ла­га­е­мые сло­ва­рем «экви­ва­лен­ты» во мно­гих слу­ча­ях, если не в боль­шин­стве, нель­зя под­ста­вить в пере­вод. В попыт­ках «рас­ко­лоть» кон­цепт TA SPJÄRN, ока­зав­ший­ся очень твер­дым ореш­ком, мне при­шлось набрать целый кор­пус при­ме­ров с этим выра­же­ни­ем, при пере­во­де кото­рых пона­до­бил­ся и ряд дру­гих спо­со­бов вос­про­из­ве­де­ния его «зна­че­ний», таких как «изго­то­вить­ся», «исхо­дить из чего‑л.», «напрячь­ся», «око­пать­ся», «оттал­ки­вать­ся», «сто­и­че­ски при­нять», «взять себя в руки», «настро­ить­ся» и т.д. и т.п. – все это, нисколь­ко не про­ти­во­ре­ча «идее» выра­же­ния ta spjärn, его истин­но­му суще­ству. И прак­ти­че­ски нигде нель­зя было упо­тре­бить сло­вар­ное «упе­реть­ся». Так что к при­ве­ден­ным при­ме­рам мож­но было бы при­ба­вить еще сколь­ко угод­но таких же свое­нрав­ных, но в дей­стви­тель­но­сти ни в коей мере не явля­ю­щих­ся каки­ми-то автор­ски­ми изыс­ка­ми. Разу­ме­е­ет­ся, ника­ких таких зна­че­ний у ta spjärn нет, как нет и вооб­ще ника­ких зна­че­ний: зна­че­ние при­над­ле­жит не сло­ву, а гово­ря­ще­му, экс­плу­а­ти­ру­ю­ще­му кон­цепт в соот­вет­ствии со сво­им замыс­лом, и порож­да­ет­ся им в речи.

Во-вто­рых, при­ве­ден­ные при­ме­ры име­ют целью под­го­то­вить чита­те­ля, хотя бы отча­сти, к более осно­ва­тель­но­му отве­ту на глав­ный вопрос: чем обу­слов­ле­на самая воз­мож­ность и допу­сти­мость таких упо­треб­ле­ний и как она реа­ли­зу­ет­ся? Пред­ва­ри­тель­ный ответ уже, долж­но быть, уга­ды­ва­ет­ся чита­те­лем. Вся­кая язы­ко­вая еди­ни­ца, будь то сло­во, фра­зео­ло­гизм или кон­струк­ция, обла­да­ет уни­каль­ной спе­ци­фи­кой и сим­во­ли­зи­ру­ет кон­цепт (не путать с общим, цен­траль­ным, глав­ным зна­че­ни­ем, семан­ти­че­ским инва­ри­ан­том и тому подоб­ны­ми поня­ти­я­ми объ­ек­ти­вист­ской семан­ти­ки!) – целост­ное пред­став­ле­ние, заклю­ча­ю­щее в себе части­цу обще­го язы­ко­во­му кол­лек­ти­ву опы­та осво­е­ния им сво­е­го жиз­нен­но­го мира. Имен­но кон­цеп­том обу­слов­лен смыс­ло­вой потен­ци­ал и грам­ма­ти­че­ские пове­де­ние сло­ва в речи, а с тем и гра­ни­цы его экс­плу­а­та­ции гово­ря­щим. Пара­мет­ры кон­цеп­та могут варьи­ро­вать­ся в очень широ­ких пре­де­лах в зави­си­мо­сти от праг­ма­ти­ки ситу­а­ции и смыс­ло­во­го наме­ре­ния гово­ря­ще­го – пре­де­лах, обу­слов­лен­ных «иде­ей» язы­ко­вой еди­ни­цы, тем спе­ци­фи­че­ским и уни­каль­ным миро­от­но­ше­ни­ем, кото­рое заклю­че­но в ее кон­цеп­те. Это осо­бая позна­ва­тель­ная уста­нов­ка, осо­бый спо­соб осмыс­лен­но­го пред­став­ле­ния неко­то­ро­го фраг­мен­та дей­стви­тель­но­сти. Все без исклю­че­ния при­ем­ле­мые для носи­те­ля язы­ка упо­треб­ле­ния язы­ко­вой еди­ни­цы, все ее кон­крет­ные смыс­ло­вые реа­ли­за­ции в речи, то есть «зна­че­ния», обу­слов­ле­ны (но, конеч­но, не пред­опре­де­ле­ны!) ее кон­цеп­ту­аль­ным содержанием.

По сво­ей идее и кон­цеп­ту­аль­но­му содер­жа­нию сло­вар­ный экви­ва­лент не тож­де­ствен кон­цеп­ту чужой язы­ко­вой еди­ни­цы и нико­гда тако­вым не быва­ет. TA SPJÄRN и УПЕРЕТЬСЯ «похо­жи», но отнюдь не тож­де­ствен­ны. В силу это­го они отли­ча­ют­ся по сво­е­му смыс­ло­во­му потен­ци­а­лу и грам­ма­ти­че­ско­му пове­де­нию, и по этой же при­чине воз­мож­но­сти упо­треб­ле­ния гла­го­ла упе­реть­ся в пере­во­де выска­зы­ва­ний с этим швед­ским выра­же­ни­ем сугу­бо огра­ни­че­ны. Но об этом, а так­же о том, поче­му это так, поче­му соста­ви­те­ли швед­ско-рус­ско­го сло­ва­ря не мог­ли най­ти ниче­го луч­ше­го, чем эта апел­ля­ция к мало­ча­стот­но­му пред­мет­но­му упо­треб­ле­нию, о «фор­му­ле» кон­цеп­та TA SPJÄRN и о том, как имен­но он санк­ци­о­ни­ру­ет упо­мя­ну­тые выше и дру­гие несло­вар­ные упо­треб­ле­ния, я поста­ра­юсь рас­ска­зать в дальнейшем.

Про­дол­же­ние сле­ду­ет, ta spjärn!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опуб­ли­ко­ван.