На слуху, или Христианская демократия требует жертв

Слово о словах: SKJUTA SKARPT vs SKJUTA VERKANSELD

Эти выра­же­ния замель­ка­ли в швед­ских СМИ и соц­се­тях в пере­пал­ке, спро­во­ци­ро­ван­ной рито­ри­че­ским демар­шем лиде­ра ХД Эббы Кох (про­сти­те, Буш; ого­вор­ка по Фрей­ду): – Varför sköts det inte skarpt? Поли­ции сле­до­ва­ло под­стре­лить Огонь на поражениехотя бы сот­ню раз­бу­ше­вав­ших­ся погром­щи­ков во вре­мя недав­них мас­со­вых бес­по­ряд­ков в несколь­ких горо­дах Шве­ции. Они же рани­ли – а мог­ли убить! – не менее ста поли­цей­ских. Ина­че гово­ря, было бы пра­виль­но открыть огонь по тол­пе, по всем этим исла­ми­стам и хули­ган­ству­ю­щим имми­грант­ским андердогам.

Моя замет­ка, одна­ко, не про поли­ти­ку, а про сло­во­упо­треб­ле­ния. Воз­му­ща­ясь или, наобо­рот, про­яв­ляя пони­ма­ние, ком­ба­тан­ты акту­а­ли­зи­ро­ва­ли сло­веч­ко verkanseld и ста­ли упо­треб­лять оба выра­же­ния сино­ни­мич­но, при­чем – не в их соб­ствен­ных зна­че­ни­ях. Оба суть воен­но-тех­ни­че­ские тер­ми­ны. Пер­вый из них есть в шв.-рус. сло­ва­ре, и имен­но в этом каче­стве: ’ стре­лять бое­вы­ми патро­на­ми’. Вто­рой, по-види­мо­му, сочтен­ный слиш­ком спе­ци­аль­ным для обще­язы­ко­во­го сло­ва­ря, в нем отсут­ству­ет. Но его нетруд­но «вычис­лить» через англий­ский: ⇒ effective fire [шв.-англ. Norstedts] или fire for effect [через шв. «Вики­пе­дию»] ⇒ «дей­стви­тель­ный / эффек­тив­ный огонь; огонь на пора­же­ние» [есть повсю­ду: в БАР­Се, Abbyy Lingvo, Multitran’e и, конеч­но, в воен­ных сло­ва­рях]. Пере­вод­чик может даже отва­жить­ся на про­стое сло­же­ние основ: ’воз­дей­ствие, эффект’ + ’огонь, стрель­ба’. В сум­ме полу­чит­ся ’эффек­тив­ный огонь’, что и тре­бо­ва­лось доказать.

Так в чем же «пере­вод­че­ская труд­ность»? – В том, что в пуб­лич­ном дис­кур­се эти выра­же­ния почти нико­гда не упо­треб­ля­ют­ся как сугу­бо воен­но-тех­ни­че­ские тер­ми­ны. Поэто­му их сло­вар­ные экви­ва­лен­ты – «стре­лять бое­вы­ми патро­на­ми» и, соот­вет­ствен­но, «открыть эффек­тив­ный (или дей­стви­тель­ный)  огонь» – для пере­во­да не годят­ся. Так, пере­ве­сти Varför sköts det inte skarpt? как «Поче­му не стре­ля­ли бое­вы­ми патро­на­ми?» было бы неле­по. Речь ведь не о том, че́м надо было стре­лять, а о том, что в усло­ви­ях непо­сред­ствен­ной угро­зы сво­ей жиз­ни, то есть в ситу­а­ции необ­хо­ди­мой само­обо­ро­ны, поли­цей­ские были впра­ве и долж­ны были при­ме­нить ору­жие и стре­лять не для остраст­ки и не для пре­ду­пре­жде­ния, а «все­рьез».

Не луч­ше было бы и «Поче­му не стре­ля­ли на пора­же­ние?». Это был бы праг­ма­ти­че­ски фаль­ши­вый пере­вод. Швед­ская поли­ция не ведет бое­вых дей­ствий про­тив граж­дан, даже если это озлоб­лен­ная тол­па. Рус­ское выра­же­ние «стре­лять на пора­же­ние» носит отчет­ли­во воен­ный харак­тер, и воен­ная мета­фо­ра неред­ко упо­треб­ля­ет­ся в рос­сий­ских СМИ при­ме­ни­тель­но к дей­стви­ям поли­ции: поли­ция «ведет бой». Но это вряд ли умест­но по отно­ше­нию к швед­ской поли­ции. Кста­ти, в Шве­ции даже нет спе­ци­аль­ной поли­ции для борь­бы с бес­по­ряд­ка­ми, т.н. kravallpolis, гото­вой стре­лять в тол­пу. Есть толь­ко отдель­ные поли­цей­ские пат­руль­ной служ­бы, про­шед­шие допол­ни­тель­ную под­го­тов­ку по SPT (Särskild PolisTaktik, букв. ’осо­бая поли­цей­ская так­ти­ка’). Поэто­му и пере­вод швед­ско­го verkanseld в кон­тек­сте охран­ной или поли­цей­ской служ­бы рус­ским «огонь на пора­же­ние» обыч­но неуместен.

Мне встре­тил­ся  лишь один пуб­ли­ци­сти­че­ский кон­текст, где сло­во verkanseld упо­треб­ле­но в соб­ствен­ном воен­но-тех­ни­че­ском зна­че­нии, но при этом ско­рее иро­ни­че­ски: мол, ну что вы, тако­го у нас нет. Это ком­мен­та­рий спи­ке­ра по пра­во­вым вопро­сам от пар­тии Уме­рен­ных, «застен­чи­во­го» идео­ло­ги­че­ско­го союз­ни­ка г‑жи Буш, отнес­ше­го­ся «с пони­ма­ни­ем», хотя и с осто­рож­ной ого­вор­кой, дабы не пока­зать­ся анти­де­мо­кра­том: ”– Busch satte fingret på en känsla jag också kände. […] Sedan är ju svaret på de här situationerna naturligtvis inte först och främst att använda verkanseld. Vi har från Moderaternas sida pekat på vattenkanoner.” [ ≈ «Буш попа­ла в точ­ку сво­ей эмо­ци­о­наль­ной реак­ци­ей: я тоже испы­тал это чув­ство. Это, одна­ко, не зна­чит, что отве­чать на подоб­ные ситу­а­ции нуж­но в первую оче­редь (sic!) стрель­бой на пора­же­ние. Со сво­ей сто­ро­ны мы, моде­ра­ты, пред­ла­га­ем исполь­зо­вать водометы.»] 😮

Что же каса­ет­ся дру­гих слу­ча­ев упо­треб­ле­ния сло­ва verkanseld в дис­кус­сии, то это обыч­но выска­зы­ва­ния фор­маль­но­го сти­ля, как бы объ­ек­тив­но изла­га­ю­щие фак­ты. Но и в этих слу­ча­ях авто­ры реплик име­ют в виду не столь­ко ’огонь на пора­же­ние’ в каком-либо тех­ни­че­ском смыс­ле, сколь­ко при­ме­не­ние огне­стрель­но­го ору­жия «по-насто­я­ще­му», в отли­чие от холо­стых или пре­ду­пре­ди­тель­ных выстре­лов или стрель­бы рези­но­вы­ми пулями.

Мне пред­став­ля­ет­ся, что в кон­тек­сте поли­цей­ской, а не воен­ной акции в каче­стве рус­ско­го соот­вет­ствия луч­ше выбрать «при­ме­нить огне­стрель­ное ору­жие» или про­сто «при­ме­нить ору­жие», а не пытать­ся «пере­во­дить». Мора­лей здесь по край­ней мере две: 1. Кру­гом лож­ные дру­зья. Пол­но­го тож­де­ства чужо­го сло­ва и сво­е­го не быва­ет нико­гда. 2. Про­яв­ляй здо­ро­вое недо­ве­рие к сло­ва­рям, пере­во­ди не сло­ва, а смысл.